Зрелище, разворачивающееся передо мной на жидкокристаллическом экране монитора, было удивительным, скорее это походило на какой-то боевик, снятый в плохом качестве (хотя в углу экрана я с удивлением заметил логотип CNN). Оператор явно нервничал, часть кадров снималась на бегу, вообще все это походило на съемку из зоны боевых действий.

Сначала на экране пошла дергающаяся картинка какой-то улицы – здания с выбитыми стеклами, машины с распахнутыми настежь дверьми, частично разбитые, посреди улицы. Во время съемки оператор бежал, камера дергалась. Перед оператором бежал какой-то человек в полицейской форме, за спиной у него была винтовка М16А3. Фоном этого ролика служил треск, в котором я с удивлением опознал выстрелы из автоматического оружия. Стреляли явно не солдаты – заполошно, длинными очередями, почти не целясь. Так обычно стреляют гражданские в панике.

Новые кадры: баррикада из брошенных машин и различной мебели, перекрывает всю улицу. За баррикадой люди – как в полицейской форме, так и гражданские. Все стреляют куда-то вперед, черный дым стелется по улице. Дома похожи на … американские!?

Новый кадр: на баррикаду бежит темнокожий пацан лет пятнадцати-шестнадцати, в руках какая-то палка, рваная и чем-то измазанная одежда. Явно видно, что в него одна за другой попадают пули – но он продолжает бежать и пробегает еще метров тридцать, прежде чем падает на асфальт! И даже упав, продолжает ползти вперед, ползти под градом пуль!

Новые кадры – похоже, деловой район. Заваленная мусором и распростертыми на асфальте телами улица, брошенные на проезжей части автомобили с распахнутыми настежь дверями, некоторые из них уже горят. Разбитые окна, что-то летит на мостовую, кое-где уже горит, черный дым поднимается вверх, языки пламени вырываются из окон. Мечущиеся внизу, на улице быстрые тени, одновременно похожие и непохожие на … людей?! Внезапно экран компьютера чернеет – конец фильма.